Автономия искусства жизни

В плане фактических выражений эта во­площена в беззаботном и максимально серьезном сценариях проживания. Как ни парадоксально, но беззаботность и неотступная серьезность проти­воположны только формально — эти два способа жизни происходят из од­ного источника. Предельная легкость, живущая доверием к простым радо­стям существования, ко времени препровождению, которое знает толк в «…знакомстве с безобидным веселым зверьем и всякой живностью …; го­рах, заменяющих общество; … временами даже комнате в переполненном проходном дворе, где можешь быть уверен, что тебя примут не за того и беседовать с кем попало», доступна для человека, знающего, что любые социально престижные образцы поведения промахиваются мимо человече­ской сути. Но и твердое понимание собственного предназначения, упорное совершенствование в деле всей жизни рождается из очевидности ограни­ченности высоко оцениваемых культурой стратегий проживания для рас­крытия всех человеческих потенций. Именно данной чертой человеческого существования обусловлены оригинальные параметры строя присущего ему потребностей:
он развивается по направлению от стереотипных нужд к индивиду­альным запросам; его украшает стремление к творческому самопредъявлению, которое, заметим, необязательно воплощается в создании художественных арте­фактов, а может найти выход и в совершенствовании образа жизни, изобретении новой стратегии действия и взаимоотношений с окружаю­щими.

Комментарии запрещены.