Достижение удовлетворения

Однако, желание того, что еще только возможно, делает невозмож­ным в соответствии со всеми прежними ре­цептами культуры и заставляет человека производить нечто такое, чего еще не было. Отрицая возможность обретения желаемого в том, что есть, человек созидает ранее невиданное и таким образом расширяет спектр собственных взаимосвязей с миром. Поэтому неудовлетворимость желания должна быть понята как основа культурного созидания. Рассмотрение двух преимущественных механизмов культурной трансформации — труда и борьбы за признание наглядно демонстрирует специфическую организа­цию антропологического желания. Рассмотрим, во-первых, различие между инстинктивным трудом жи­вотного и творческим трудом человека. Несмотря на множество производ­ственных навыков и проявлений орудийности у животных (строительство плотин бобрами, мастерство по созданию четырех типов берлог медведей, удивительно тонкий подбор материала при витье гнезд сороками и т.д.), труд животного имеет непреодолимую натуральную предпосылку. Живот­ные нечто изготовляют ради более успешного обитания в своей природной среде. Так муравейник — это прекрасное адаптивное приспособление мура­вья, без которого последнего просто бы не стало; паутина — идеальный ор­ган охоты для столь близорукого охотника как паук. Входя в число видо­вых адаптационных инстинктов, трудовые навыки не являются завоевани­ем отдельной особи. Постольку невозможно утверждать о каких-либо це­лях животного труда. Единственная его цель ставится не особью, но при­родой, заключающаяся в заботе о сохранении собственных видов. Эта жесткая инстинктивная обусловленность трудовых проявлений животных объясняет причины их неизменного успеха в производственной сфере. Человек настолько не застрахован, поскольку для его трудовых ак­тов свойственен творческий замысел. Иными словами, мотивом его трудо­вой активности может выступать стремление к улучшению уже существу­ющего.

Комментарии запрещены.