Европейская интеллектуальная культура

развитию основных способностей человека — мыш­ления, нравственности и творчества.

Кроме этого, в существова­ла давняя традиция естественной истории, в которой человек представал приемником эволюционного развития живых форм. Теоретически выве­ренную модель данной традиции представил французский натуралист, блестящий писатель XVIII в. Ж.-Л. Л. де Бюффон, чей поистине колос­сальный труд «Естественная история, всеобщая и частная» надолго занял почетное место в домашних библиотеках европейца. Отстаивая гипотезу о развитии всего живого из единого первичного материала — «органических молекул» — Бюффон однозначно вписывает человека в неразрывность при­роды. Человечество, в его истолковании, оказывается одним из биологиче­ских видов, отличительным признаком которого выступает лишь предель­ная усложненность органики. Однако, следует оговориться, что, все-таки, разум и душу Бюффон за человеком сохранил, и именно это обстоятель­ство породило тот особый тон, который делает его описания животных не­повторимыми. Человек — несомненное детище природы, но одновременно он обладатель уникальных характеристик (определенного нрава, душевных страстей, способности интеллектуального выбора) — два эти тезиса приве­ли Бюффона к заключению, что не только человек — это просто усложнен­ное животное, но и животное — это упрощенный человек. Закономерно по­этому, что Бюффон увлечется антропоморфизацией различных биологиче­ских видов: на страницах, принадлежащих его перу, мы встречаемся с ослами, нрав которых в юности весел и «портится только с годами», попу­гаями, которые «могут целовать вас от нежности», с «робкими» мышами и пр. И признаки животных видов, пусть и несколько антропоморфизиро — ванные, Бюффон задолго до Дарвина описал как результат воздействия на их представителей жизненной среды.

Комментарии запрещены.