Ограниченность психики

Ясно, что не позволяет человеку в каждый момент времени иметь дело один на один с собственными запросами. За­частую в той или иной проблематической ситуации он просто пользуется наработанными культурой сценариями поведения. Таковые для него от­крывают те структуры его бытия, которые условно можно назвать упоря­дочивающими. Это, прежде всего, культурная традиция и язык как набор регулярно используемых речевых канонов. Именно они структурируют совместный опыт — передают его в готовых «хороших формах». Ценность последних хорошо объяснил советский философ М. Мамардашвили при анализе коробящего его в детстве обычая наемных плакальщиц. Он анали­зировал парадоксальный феномен забвения интенсивного переживания го­ря от утраты близкого. Будучи одним из состояний конечной человеческой психики, горе может вмиг убить нас, а после зарасти сором обыденной су­еты — забыться. Поэтому для опыта совместной жизни людей нужна па­мять, которая передает эталоны человеческих состояний и действий. В примере Мамардашвили именно плакальщицы являются своеоб­разным передатчиком принятой в культуре формы страдания. Подобные формы выражения предопределены и абсолютно для любой человеческой потребности. Приведем более обыденный пример. Когда представитель современной капиталистической культуры голоден и не имеет еды, у него автоматически возникает потребность похода в гастроном, а не, скажем, желание зайти к малознакомым соседям на ужин. В последнем случае он бы нарушил общее представление капиталистического общества о достой­ном человеке, который должен трудиться и иметь высокий финансовый доход ради успешной жизни. Говоря иначе, будучи отшлифованы куль­турными устоями, потребности ведущих совместную жизнь людей могут представать в схожих формах.

Комментарии запрещены.