Ритуал

Он развивает чувство осмысленно­сти жизни и ту открытость сознания бытию, некую обращенную в веч­ность одухотворенную волю, которая приобщает каждую отдельную жизнь к мировому творению. Определяя отношения вещей, ритуал выявляет в самих вещах вечноживые качества, которые как раз и получают свое отоб­ражение в явлениях культуры. Мало того, как воплощение жизни возвы­шенной, движимой нравственным усилием и волей к самосознанию, риту­ал оказывается также прообразом культурного стиля. В-третьих, воспроиз­водя в себе основы упорядоченности вещей, ритуал утверждает всеобщую связь явлений и, в конечном счете, — «сокровенное подобие» противопо­ложностей: присутствия и отсутствия, явленного и сокрытого, сознатель­ного и бессознательного. Эти три измерения ритуального действия в сово­купности делают его актом воспроизведения непреходящего в череде пе­ремен. Столь подробное рассмотрение места ритуала в традиционной ки­тайской картине мира осуществлено только потому, что именно на отно­шении к ритуалу строятся важнейшие классические системы традиционно­го китайского мировоззрения, первостепенной из которых оказывается конфуцианство. Начало формирования конфуцианства, ставшего на долгие годы до­минирующим этико-политическим учением в Китае, связано с именем странствующего государственного советника Конфуция происходящего из небольшого царства Лу, находив­шегося на востоке Китая. Его жизнь и деятельность приходится на слож­ный период китайской истории, связанный с распадом государства после 771 года до н.э. на шесть самостоятельных царств, одним из которых и было царство Лу. Самого Конфуция нельзя в полной мере считать основоположником конфуцианства. От него не осталось никаких записей, носящих доктри­нальный характер, а единственным текстом, который можно с большей или меньшей степенью достоверности рассматривать как принадлежащий его кисти, это летопись его родного царства Лу, получившая название «Весны и осени»

Комментарии запрещены.